Издательское дело, издательское дело и редактирование, книжное дело
  Форум по издательскому делу и редактированию  
 

Помогите детям

Русфонд

 

Орфография
 
 




 
Интервью c главой нижегородского издательства «Дятловы горы» Игорем Преловским

Бизнес и фатализм - две вещи несовместные?

Производство эксклюзива – это все-таки роскошь. В большинстве своем крупные компании не могут себе этого позволить. Нельзя представить себе IKEA делающей ставку на мебель ручной работы из ценных пород дерева. Потому что главной задачей IKEA является удовлетворение потребностей огромного числа потребителей. Так же и в книгоиздательском бизнесе: аудитория, предпочитающая добротную литературу, гораздо меньше количества поглотителей «транспортных» романов. Новые и интересные авторы скорее будут открытиями малых издательств, чем крупных.

Нижегородское издательство «Дятловы горы» отыскивает авторов в разных уголках мира, главный критерий – неординарность, граничащая с элитностью. Создатель и главный редактор издательства Игорь Преловский честно признается: он – фаталист.

– Для меня борьба против обстоятельств – это не свобода. А для чего в таком случае иметь собственное дело, если оно не делает тебя свободным? Моя стратегия в бизнесе – несопротивление. Если к цели тебя что-то не пускает, то вполне возможно, ты выбрал не ту цель. Может быть, она откроется со временем, а может быть, нужно кардинально поменять направление работы или свое отношение к ней. Как определить правильность дороги? Если ты идешь, натыкаясь на вещи и предметы, и они не дают тебе двигаться дальше, а потом ты видишь проем, по которому идешь без помех, то, наверное, это и есть дорога.

Издательское дело я не могу в полной мере назвать своим бизнесом. Это скорее требование души, может быть, предназначение. Я не верю, что человек способен уйти с пути, выбранного для него судьбой. Он может колебаться, сворачивать, но, в конце концов, на него вернется. Я думаю, что трагическая гибель людей происходит потому, что они сопротивляются судьбе, и, в конце концов, она их вычеркивает.

В юности я очень увлекался радиотехникой и журналистикой. Две вещи, которые меня поглощали. Мы даже смогли зарегистрировать собственную радиостанцию. Но вместо того, чтобы, как все радиолюбители, обмениваться сигналами, готовили маленькие программы, ставили в эфир музыку. Видимо, не всем это нравилось, и нас закрыли. Когда пришла пора поступать в вуз, я стоял перед выбором: журналистика или радиотехника. Но тогда решил пойти по более легкому пути, так как уже немого разбирался в технике, к тому же проходной балл там был ниже, и отправился в Полтавское высшее военное командное училище связи. Только там был факультет телекоммуникации. В результате я 18 лет честно отдал вооруженным силам. Ко времени перестройки стал начальником связи части в войсках противовоздушной обороны. Мы занимались радиоэлектронной борьбой, отслеживали переговоры иностранных военных летчиков, которые летали над северной границей. В Костромской области, городе Шалье, где я служил, я эпизодически встречался с творческими людьми. Это были «гонцы откуда-то», они меня заинтриговывали и уходили. И я снова оставался в одиночестве. Сейчас я понимаю, что это были знаки, которые подсказывали: «Ты занимаешься не тем, чем нужно».

Я вообще стараюсь всматриваться в знаки, которые нас окружают и которые не замечаются людьми, погруженными в суету. Они очень просты, каждый их воспринимает подсознательно, но зачастую отмахивается как от пустяка. Например, вы собрались в дорогу, ясное небо – и вдруг начинается ливень. А через 15 минут заканчивается – и снова абсолютно чистое небо. Для меня это предупреждение, что намеченная поездка, встреча, разговор нежелательны. И были случаи, когда такие предупреждения сыграли важную роль в моей жизни. Я думаю, что весь мир наполнен сущностями. Но «мембрана» между ними и нами пропускает информацию только в одну сторону. Они нас читают как открытую книгу, а сами остаются недоступными. И лишь порой пытаются до нас достучаться. Уже несколько лет смотрю на жизнь, да и на себя, со стороны, это словно раздвоение личности. Я наблюдаю за собой, за своими действиями, как я здесь живу. Поэтому какие-то проблемы меня совершенно не расстраивают. Все неудачи воспринимаю как урок. И смотрю такой увлекательный фильм. Поменять следующее действие возможно, прошлое – уже нет. В нашей власти изменить только отношение к нему, так что и горевать бессмысленно.

В 1991 нашу часть расформировывали, и мне предложили поехать в Эстонию, дослуживать оставшиеся до пенсии три года. Но я отказался. Я чувствовал, что страна разваливается, и ехать в Эстонию, которая вот-вот станет заграницей, не хотел. И оказался прав: буквально через шесть месяцев «империя» рухнула. Потом я четыре года работал в Научном Институте Энергопроектов, занимался редактурой материалов для РАО ЕЭС России, но и там произошли перестановки, наш институт закрыли, и я стал безработным.

Открытие своего дела стало выходом из тупиковой ситуации. Сначала была только типография, которая зарабатывала деньги. Мы тогда печатали очень разношерстную продукцию, типография же не может печатать выборочно, все заказы – это ее средства к существованию. Естественно, пока материалы были в работе, я их прочитывал. Постепенно пришло понимание, что можно выпускать литературу лучше и по полиграфии, и по содержанию. Так появилась идея создать собственное издательство. Какое-то время делали репринтные издания, журналы, а первой серьезной работой я считаю трехтомник, посвященный режиссеру Владимиру Кобрину.

Мы получили положительные отзывы на книгу, и по приглашению Ассоциации Франко-европейской литературы оправились на Парижский книжный форум. Эта поездка оказалась очень плодотворной. Мы познакомились там сразу с двумя нашими будущими авторами – Николаем Боковым и Валентиной Кошкарян.

За Боковым последние 10-15 лет охотились крупные московские и питерские издательства. Он известный антисоветчик, почему и был вынужден 25 лет назад уехать из страны. У молодого Бокова есть очень провокационные рассказы. Например, был рассказ про молодого человека, который украл из мавзолея голову Ленина и ездил с ней в электричке. Крупные издательства нацелены в первую очередь на скандал. А он это все тонко чувствует, поэтому отказывался, несмотря на то, что обещали большие тиражи. Ему не хотелось, чтобы его воспринимали как скандалиста. У него достаточно тонкая душевная проза, легкая линия сюжета, читаемый слог, но за каждым словом стоит глубокая мысль.

В Париже я сдружился с журналистом «Русской мысли» Олегом Кривулей, который хорошо знал Бокова и устроил мне с ним встречу. Мы с ним встретились около метро Пасси, там же проговорили три часа кряду. Не о литературе, а о жизни и философии. На следующий день он принес мне все свои рукописи, и я вернулся в Россию с толстенной папкой материалов. Я вчитывался в каждый рассказ, мы много переписывались, а через год заключили договор.

Как оценить любое дело? Все зависит от того, какую цель ставит оценщик. Можно нести миссию, которая окружающим кажется бессмысленной. Кто-то упорно занимается определенным делом, потому что знает – это его предназначение. Но его никто не понимает при жизни. А потом через сотню лет раскапывают и, оказывается, что он сильно опередил свое время. Бывает, что судьбой выбрасываются на берег моря вещи и люди, которые «не из этого времени»: из прошлого или из будущего. Мир странно устроен. Пока человек возится с землей, удобрениями, корешками и непонятными палками, люди смотрят на него недоуменно. И только когда весной распускаются розы, окружающие осознают, что это прекрасно.

Еще в начале деятельности издательства мне позвонил другой нижегородский издатель, Олег Рябов, и рассказал о Лене Крюковой, которая хотела выпустить небольшой тираж своей книги стихов «Юродивая» для участия в конкурсе «Ясная поляна». Впоследствии она стала лауреатом этого конкурса. Олег сказал, что он ее тексты он не понимает, и предложил с ней связаться мне. Когда я прочитал ее стихи, подумал: «Как же она умудряется оставаться такой чистой и ранимой, хотя идет в мир с душой нараспашку?

Через некоторое время познакомились с ее мужем, художником Володей Фуфачевым. Постепенно у нас образовался такой «философско-литературный кружок». Для меня это была отдушина, я мог выговорить свое видение мира, свои не совсем понятные философские взгляды. До этого у меня не было такого круга общения, я просиживал с книгами, со своими мыслями. А поделиться было не с кем. Если я начинал говорить на такие темы, это людям быстро надоедало, либо меня не понимали, либо говорили, что не стоит об этом думать. А здесь я понял, что многие видят мир так же. Нашел сомысленников. Мы все вместе занимаемся культурным проектом «Восток-Запад». Идем по этому пути и видим, что мир вокруг нас делается лучше. Эту свою встречу с Леной я считаю судьбоносной.

Елена теперь получает письма из других издательств, где те пишут, что нам завидуют после того, как мы «заарканили» Бокова. До этого момента он выходил только во Франции. С Валентиной Кошкарян, театроведом, занимающимся эмигрантским театром, мы свели знакомство за чашкой кофе тогда же в Париже. Оказалось, что к ней совершенно чудесным образом попала рукопись актрисы Дины Кировой, жены князя Касаткина-Ростовского, сделавшей в Париже «Русский интимный театр». После большой работы над рукописью вышла книга. Презентации прошли не только у нас, но и во Франции, и в Польше. Это возвращение человека, забытого имени, в конечном счете, нашего наследия. Думаю, что цикл «Возвращение» будет продолжен. Сейчас уже решено, что нам для публикации передадут часть личных архивов эмиграции, которая хранится в Русском Доме. Мы будем первыми, кто получит к ним доступ. А это личные архивы аристократов, высшего слоя общества, это живая история России.

В Париже наши книги представлены в двух магазинах, часть тиража уходит в Бельгию, в Америку. Речь не идет о большом количестве проданных за рубежом экземпляров, но благодаря им нас находят авторы. Причем это все одна цепочка: сделали Кобрина, попали на выставку, там нашли Кошкарян и Бокова. Тексты Бокова разослали на рецензии в журналах в ряд стран, в том числе и в Америку. После этого нам из Штатов позвонил автор, сказал, что пришлет свои тексты и готов сотрудничать. Откликнулся писатель из Германии, Владимир Батшев, сейчас я читаю его «Франкфуртский поток». Все просто: качественные книги притягивают новых качественных авторов.

Мне предлагали и продать издательство, и в долю войти. Но я знаю, что как только появится новый владелец, мне придется печатать «маринину» и обеспечивать бесперебойное получение прибыли. И все на этом закончится. Возможность издавать книги для меня – это большая радость и большая ответственность. Хочется, чтобы они были наполнены правильным содержанием. Я как издатель несу ответственность за ту информацию, которая вложена в книгу. Она должна быть достойной. Есть литература на один раз, прочитал и выбросил. Она для этого и предназначена: легкое чтиво. А есть «Дон Кихот» Сервантеса, эту книгу купили еще мои родители, я прочитал, а теперь мои дети читают. Старые мастера на свое изделие ставили печать, чтобы и после его смерти знали, кто его сделал. И делали так, чтобы не было стыдно. Вот и мы стараемся выпускать книги, которые можно перечитывать, и за которые не стыдно. Тщательно отбираем материал, отсылаем рецензентам в Москву, в Питер, за границу, и если получаем положительные отзывы от достаточно авторитетных источников, принимаем материал в работу. Конечно, есть вещи, которые мне нравятся сразу, и в таком случае я единолично принимаю решение. В любом случае, ответственность за все риски несу я как главный редактор и издатель.

Я рискую издавать книги, которые рассчитаны на понимание не сегодня и даже не завтра. Крюкова в своих книгах анализирует смысл жизни. У нее есть стихи, написанные 10-12 лет назад, и сейчас они стали невероятно актуальны. Ее романом в стихах «Юродивая» заинтересовались московские продюсеры, и сейчас идет подготовка к съемкам художественного фильма. Лена пишет сценарий, а москвичи готовят деньги. Не буду озвучивать запланированный бюджет, могу сказать лишь, что он достаточно масштабен. У Лены описание панорамное, и малыми деньгами здесь не обойдешься. Но думаю, что проект будет реализован, продюсеры и режиссеры настроены очень серьезно. Свежие мысли – отрада для нашего кинематографа. А к Крюковой уже давно должно было прийти признание. Тексты у нее очень глубокие – и по ассоциативному ряду, и по почти энциклопедическому размаху знаний.

Работая с такой литературой, невольно начинаешь задумываться о своих корнях. Я потратил много времени, чтобы восстановить свое генеалогическое древо. Среди моих предков – и военные, и издатели, и священнослужители. В старину приходы были небольшие, каждого прихожанина настоятель знал в лицо. Возможно, память влияет на то, как я организую бизнес. Я считаю, что и рабочий коллектив должен быть небольшим, до 15-20 человек. Иначе внутри него образуются микрогруппы, начинаются интриги, непонимание, целостность исчезает. А мне ближе некая семейная атмосфера. Я создал организацию, в которой комфортно работать и мне, и моим сотрудникам. Мы не ставим производство на поток совершено сознательно, это просто не наш путь.

Теперь еще продаем элитный шоколад и конфеты ручной работы. В перспективе рассматриваем возможность открыть производство в Нижнем Новгороде. А пока стоимость поставляемых нами конфет держится в районе 2000 рублей за килограмм, то есть в разы дороже российских. Честно говоря, меня напрягает, что их могут себе позволить только 5% населения. Мы стараемся раз в неделю устраивать в магазине бесплатные дегустации из шоколадного фонтана, каждый раз на них приходит человек по сто. Все началось с того, что мы с товарищем-издателем загорелись идеей выпустить энциклопедию шоколада. Я познакомился через интернет с французами, семейной парой, которые занимаются продвижением выставок шоколада. Работа над энциклопедией шла полным ходом, но тут мы подумали: «Что же получается? Люди будут читать, какой хороший шоколад существует, а попробовать его не смогут». Мы объехали несколько частных фабрик в Бельгии и остановились на марке «Элиз». Выбрали их, потому что мы с ними близки по духу. Это небольшой семейный бизнес. Сами готовят все ингредиенты, делают не торопясь, очень качественно. Одним словом, мы строим бизнес на одних и тех же принципах. Такие конфеты – тоже уникальный продукт, которым можно гордиться. Нашлось достаточное количество ценителей хорошего шоколада, компании заказывают наши конфеты в качестве подарка для сотрудников и клиентов. А вот даже самыми дорогими сигарами и алкоголем я торговать не буду – душа не лежит.

Записала Татьяна Якушева


Источник http://www.megarost.ru

2008-11-12
 

Другие статьи:
- Книжный рынок в кризис. Точка зрения
- Основная проблема книжного рынка России – книгораспространение
- Книг стало больше, чем читателей
- Полиграфическое оборудование в лизинг?
- С ног на голову
- Малотиражная литература
- Книжный рынок





Навигация
  - Статьи
  - Учебники / Книги
  - Рефераты / Дипломы
  - Добавить материал
  - Другие книги

Редактирование
  - Статьи
  - Учебники / Книги
  - Рефераты / Дипломы
  - Добавить материал
  - Другие книги

Книжное дело
  - Статьи
  - Учебники / Книги
  - Рефераты / Дипломы
  - Добавить материал
  - Другие книги

Программы

Самоучители
  - Adobe InDesign
  - QuarkXPress
  - Adobe PageMaker
  - Adobe Illustrator
  - CorelDraw

Поиск по сайту
Форум

Гостевая книга